«И я поступлю в монастырь…»

23 июня 2018, в день памяти преподобноисповедницы Фамари (Марджановой), митрополитом Крутицким и Коломенским Ювеналием, Патриаршим наместником Московской епархии, в сослужении епископата Московской епархии и духовенства совершл в Серафимо-Знаменском скиту Божественную литургию под открытым небом. Это было первое богослужение перед мощами святой, основательницы и первой настоятельницы скита, схиигумении Фамари (Марджановой). 

 

Грузия. Конец XIX, начало XX века

 

Из этого отрезка времени, связанного с жизнью будущей святой, хочется обратить внимание читателя на три ключевых момента. Первый: приход в Бодбийский монастырь музыкально одаренной, прекрасно образованной девушки из знатной семьи (отец Тамары был полковником, мама – урожденная княжна Чавчавадзе). Второй: выезды с матушкой-игуменией Ювеналией (Ловенецкой) в Петербург по делам, связанным с необходимостью хоть как-то облегчить бедственное положение женского монастыря на Кавказе, и знакомство (сначала заочное: 200 рублей прислал пастырь по почте для нужд сестер!), а затем и очное – череда благодатных встреч – со святым праведным Иоанном Кронштадтским. Третий момент: горькая причина расставания молодой игумении с родной обителью в Грузии, перевод в Россию. В первом моменте просматриваются даже некие элементы детектива. Родственники девушки, потерявшей отца и мать, пошли на разные уловки, чтобы воспрепятствовать решению Тамары всецело посвятить свою жизнь Богу. Было хитро составленное письмо-«ловушка», которым они сумели выманить ее из монастыря в Тифлис. Был смелый побег «пленницы» из-под стражи. Но суть в другом. Нам известно немало примеров, когда подвижники веры вопреки обстоятельствам, уговорам близких избирали путь скорбей, лишений, самоотвержения, потому что в какой-то миг, отчетливо услышав голос Божий, откликались на Его призыв. И противодействие кого бы там ни было – ближайших родственников, друзей, врагов – не могло этому помешать. Вот и Тамара, собиравшаяся поступать в Петербургскую консерваторию, неожиданно для себя во время всенощной, совершаемой в небольшом домовом храме монастыря святой равноапостольной Нины в Бодби, подумала: «И я поступлю в монастырь…» Биограф схиигумении Фамари епископ Серпуховский Арсений (Жадановский) писал: «В душе молодой девушки произошел какой-то внезапный переворот: ехала в обитель светской, а домой возвратилась по настроению инокиней».

 

Радостно читать написанные живым слогом трогательные воспоминания преподобноисповедницы Фамари о встречах со Всероссийским пастырем из Кронштадта. Видишь ее глазами горячо любимого нами святого, который еще во время своей земной жизни «как ангел, как метеор не ходил, а поистине «летал», внося всюду небесную, светлую струю». Прозорливец, провидевший духом грядущие события и судьбы, в одну из памятных встреч он вдруг потребовал у игумении Бодбийского монастыря три креста. Та сняла их, и пастырь все три надел на шею послушнице Тамаре, сопровождавшей матушку, и шутливо стал говорить: «Вот какая ты у меня игумения – посмотрите на нее!» Действительно спустя годы ее ожидало игуменство в трех монастырях: Бодбийском в Грузии, Покровской общине сестер милосердия в Москве и Серафимо-Знаменском скиту в Подмосковье… Нельзя не связать в мыслях и то обстоятельство, что обретение честных мощей преподобноисповедницы Фамари состоялось накануне Дня прославления святого праведного Иоанна Кронштадтского (1990 года). Два праздника в скиточке, как называла его матушка Фамарь, символически соединились, перетекли один в другой, укрепив молитвенный настрой сестер, прихожан, паломников.

 

…А отъезд в Россию хотя и состоялся вопреки желанию молодой настоятельницы – игумении Ювеналии (Марджановой), преемницы игумении Ювеналии (Ловенецкой), но есть основания думать, что он спас ей жизнь. Революционные события 1905 года не обошли и Грузию. Земля обагрилась кровью: последовали убийства политических и духовных лиц. На будущую схиигумению Фамарь тоже покушались. Революционно настроенных горцев особенно злило, что настоятельница давала в обители приют крестьянам, терпевшим от них притеснения. Ее стремление донести до людей свет Христовой Истины, ее дела милосердия спровоцировали агрессию. Вначале матушке подкидывали анонимные письма с угрозами, затем во время ее поездки в Тифлис на экипаж посыпался град пуль. Стреляли из нескольких револьверов. Игумения подняла над собой икону преподобного Серафима Саровского, которого она весьма почитала, и стала взывать: «Преподобне отче Серафиме, спаси нас!» Кони (четверка лошадей, запряженная в экипаж) пали замертво, были убиты кучер и верховой стражник, а сами путешественницы не пострадали. После того случая Указом Святейшего Синода игумения Ювеналия была переведена в Москву.

 

Россия. XX век

 

Россия обогатила ее, одарила высокодуховными отношениями с людьми, чьи имена сегодня, почти век спустя, мы произносим с внутренним трепетом. Многие из них вошли в сонм святых новомучеников и исповедников Церкви Русской. Теплая дружба с Великой матушкой (так называли во всей Москве преподобномученицу Елисавету Феодоровну), судьбоносные встречи с преподобными Алексием Зосимовским, Гавриилом Седмиезерским, Анатолием Оптинским, с наместником Троице-Сергиевой лавры архимандритом Товией – все это помогало молодой игумении укрепляться в монашеской жизни, стержнем которой по Промыслу Божию стали созидательные труды. Особой строкой в эту жизнь, а затем в житие вписаны имена наместника Чудова монастыря в Кремле епископа Арсения (Жадановского) и его духовного собрата архимандрита Серафима (Звездинского), впоследствии – епископа Дмитровского, которым матушка Фамарь в годы гонений дала приют в основанном ею Серафимо-Знаменском скиту. Из книги священномученика Арсения (Жадановского) «Воспоминания», который в 1915 совершил постриг игумении Ювеналии в великую схиму с именем Фамарь, а через 21 год отпевал ее, измученную ссылкой, мы узнаем, как основывался этот скит, сегодня по праву считающийся жемчужиной православного Подмосковья. В мыслях боголюбивой матушки было совсем другое: поселиться в Царском скиту Серафимо-Понетаевского монастыря недалеко от Сарова. Даже явственно слышанный ею глас от Царицы Небесной (не раз повторявшийся возле иконы Знамения): «Нет, ты здесь не останешься, а устраивай сама скит не только себе, но и другим» она посчитала вначале простым искушением. Но опытный духовник, Зосимовский затворник Алексий, к коему игумения Ювеналия приехала за советом, воспротивился ее желанию удалиться на покой. Он благословил московскую гостью устроить скит где-либо в лесу. Это его благословение разбило ее заветную мечту, взлелеянную годами – жить и спасаться вблизи преподобного батюшки Серафима. Однако выражение воли Божией она поняла и приняла.

 

Начались испытания, связанные с поиском места для обустройства скита. Преград было немало. И каждый раз чудесная помощь Господа и Царицы Небесной устраняла их! Строился скит с июля 1910 года по сентябрь 1912 года. Освящал новосозданную обитель митрополит Московский Владимир (Богоявленский), которому Господь судил первым из сонма новомучеников и исповедников Российских взойти на Голгофу. Чтобы ощутить обжигающее дыхание той эпохи, вчитаемся в слова другого новомученика – епископа Серпуховского Арсения (Жадановского): «Какой страшный контраст чувствуется тогда между во зле лежащим миром и святым уголком! Там идет угождение сатане, сопровождаемое пляской, визгами и всякой скверной, – здесь совершается смиренное служение Господу молитвой, удивительным духовным пением, со слезами и душевной чистотой… Там, среди веселья и разгула, в дружеской на вид компании, в сердцах людей кипит взаимная вражда, злоба, зависть, человеконенавистничество; в этом же благодатном собрании при святом молитвенном единении происходит как раз обратное: заглаждение, уничтожение всяких злых чувств».

 

Россия и Грузия. Третье тысячелетие

 

Каждый год телеканал «Спас» показывает 26-минутный документальный фильм, посвященный возрождению Серафимо-Знаменского скита. Называется он – «Общая трапеза». Год создания – 2011. Православные грузины, приехавшие в подмосковный скит на праздник святой равноапостольной Нины, сидят в новой просторной трапезной вместе с сестрами малого монастыря и прихожанами скитского храма. Гости охотно рассказывают о себе и поют. Как красиво они поют! В аннотации к фильму написано: «Есть в древнегрузинском языке емкое слово «гоби» – чаша. Говорят о горькой чаше судьбы – как жизненном кресте. Но есть Чаша чаш, подобно как книга книг – Библия. Это Чаша для Причастия Тела и Крови Христовых. «Что Бог соединил, человек да не разлучит», – смысл этих святых слов имеет отклик в глубинах человеческой природы, о чем свидетельствует тот же древний язык: «мегобари», что значит истинный, искренний друг. Иными словами, тот, с кем ты един во Христе… Мы стали свидетелями сердечного, искреннего общения людей разных национальностей, которые сначала причащались на Литургии из одной Чаши, испросив друг у друга прощения, а потом на общей трапезе разделили радость праздника».

 

Даст Бог, будет создан новый фильм, рассказывающий о недавних событиях, еще сильнее упрочивших духовное родство двух народов. Потребность в нем велика, и свое место в этом фильме могут занять живые воспоминания настоятельницы Серафимо-Знаменского скита игумении Иннокентии (Поповой). Интересен ее рассказ о звонке из Грузии, придавшем подмосковным скитянкам новый импульс в их монашеском делании и трудах по благоукрашению малой обители. 22 декабря 2016 года матушке Иннокентии позвонила настоятельница Бодбийского женского монастыря святой равноапостольной Нины игумения Феодора (Махвиладзе). Она ликовала: Грузинская Православная Церковь прославила схиигумению Фамарь в лике преподобноисповедницы! А 28 декабря 2017 года в половине одиннадцатого ночи один из знакомых батюшек взволнованно-радостно сообщил матушке по телефону, что на только что прошедшем заседании Священного Синода Русской Православной Церкви было решено включить имя преподобноисповедницы Фамари (Марджановой) в месяцеслов Русской Православной Церкви и определить празднование ее памяти 10/23 июня, как это установлено в Грузинской Православной Церкви. 8 февраля нынешнего года это событие – долгожданное, окрыляющее – собрало в скиту, возрожденном трудами современных подвижниц, настоятелей храмов Домодедовского благочиния и прихожан подмосковных храмов. Торжественно прошли первое праздничное богослужение в честь новопрославленной святой и соборный благодарственный молебен. Затем на праздничной трапезе русские и грузины делились друг с другом тем, что наиболее сильно их поразило в житии святой. Кто-то вспомнил об «отправной точке» ее крестного пути, когда Господь вложил в сердце юной девушки мысль: «И я поступлю в монастырь…» Без колебаний, уповая на Бога, избрала она этот путь спасения души – путь избранных и стала духовным маяком как для многих своих современников, так и для нас, живущих сегодня.

 

 

Подготовила Нина Ставицкая

Фотограф: Владимир Ходаков